biber551

https://warontherocks.com/the-strange-rise-and-fall-of-russias-crowd-sourced-defense-industry/
Интересная статья о российском "народном ВПК", авторы Samuel Bendett и Michael Kofman,
пересказ https://t.me/dalshecshto_chat/13664

Сразу после полномасштабного вторжения в Украину в феврале 2022 года российская армия столкнулась с острой нехваткой всего — от берцев и спальников до раций. Солдаты обращались к родственникам и друзьям. Так возникло массовое волонтерское движение, которое позже назвали "народным ВПК".

К осени 2022 отдельные сборы достигали 6 млн евро в месяц при 182 тыс. пожертвований. Волонтеры, координируясь через Телеграм, закупали китайские дроны Mavic, FPV-дроны, средства РЭБ, приборы ночного видения, ремонтировали гражданские машины, собирали наземные беспилотники, поставляли медикаменты и еду. Появились технологические стартапы (например, дроны "Упырь"), курсы подготовки операторов, прямые поставки на фронт без бюрократии.

Мобилизация подстегнула работу "народного ВПК", перегрузив государственную систему снабжения при отсутствии мелких дронов и РЭБ в штатном расписании. Добровольцы работали быстрее и менее коррумпировано, чем официальная бюрократия. Сначала бюрократия и крупный ВПК относились к ним с подозрением и пренебрежением. Малые системы не вписывались в привычную картину танков и самолётов. Несмотря на это, некоторые команды волонтеров сотрудничали с Минобороны, крупными госпредприятиями или местными властями.

К концу 2024 Путин поручил оборонной промышленности теснее работать с "народным ВПК", министр обороны Белоусов признал, что стандартные процедуры слишком медленные.

С апреля по декабрь 2024 военным передали не менее 65 проектов: 31 тип воздушных дронов, 8 типов наземных роботов, 20 систем РЭБ и др., всего около 100 тыс. изделий малых производителей. По некоторым оценкам, в 2024 году удалось собрать 150 миллионов евро, что оказалось в три с половиной раза меньше, чем в 2023 году, когда были собраны около 500 миллионов евро.

В 2026 Минобороны запустило по украинскому образцу проекты ускорения связи между производителями и войсками. Неизвестно, сколько производителей сотрудничают со схемой, отказавшись от стандартной поддержки конкретных воинских частей. При этом на государственном уровне стали раздаваться голоса о необходимости контроля над волонтерами, чтобы предотвратить попадание технологий "в руки террористов".

Российские z-военкоры отмечают, что размер проектов "народного ВПК" остается относительно небольшим, но хвастаются, что россияне смогли самоорганизоваться и запустить эти проекты.

Однако, система государственного капитализма предпочитает работать с обычными военными предприятиями, а не дешевым "народным ВПК", в свою очередь "народный ВПК" не может выйти на объемы и требования, выдвигаемые военным министерством.

Из-за этого "народный ВПК" попадает в ситуацию, когда собираемых денег становится всё меньше, а система с ним работать не хочет или не может. Отдельный удар по ним наносит блокировка Телеграма. Волонтеры всё чаще сообщают о приостановке проектов.

С другой стороны, с ростом производства государственных дронов снизилось и значение этих проектов, часть из которых полностью перейдут под государственный контроль